Блуждающие звёзды. Избранные стихи
ХАНАН ТОКАРЕВИЧ
БЛУЖДАЮЩИЕ ЗВЁЗДЫ
Сквозь года я зову тебя снова
Покаяньем неспешной строки.
Дать прошу мне последнее слово
Взглядом, вздохом, движеньем руки.
На краю безнадёжного жеста,
Одиночества, страха и лжи
В твоём сердце найду ли я место
Средь обломков разбитой души.
Предсказанье прольётся судьбою.
Я искал тебя тысячи лет.
Две звезды высоко над землёю
Неземной зажигают рассвет
Дай к ладоням прижаться щекою
И от счастья на миг замереть,
И сорвавшейся с неба звездою,
До тебя, дотянувшись, сгореть.
ДЕМОН
На мир взирая с высоты,
Минуя скорбное пространство,
Летит посланник пустоты
Сквозь заколдованное царство.
Ему не ведома печаль,
Могил разграбленных убранство,
Слезы сияющей хрусталь,
Врагов завистливых коварство.
Один над бездной бытия,
Судьбой жить вечно обреченный,
Один над бездной бытия,
Завис холодный и безмолвный.
Сочится звезд неяркий свет,
Вдруг рана старая заныла,
Но безразлично смотрят вслед
Вокруг снующие светила.
Пленяя светом и теплом,
Манит планета голубая.
Здесь был когда-то отчий дом –
Врата потерянного рая.
Туманной юности мечты,
Нахлынули воспоминанья.
Здесь та, чей гений красоты
Окутан тайной мирозданья.
Прошли года, быть может, там
И не найти следы порока.
И тянет к старым берегам,
В душе ни страха, ни упрека.
Коснуться вечности крылом
Он заслужил своим страданьем,
Но видит свой сожженный дом
И толпы с пьяным ликованьем.
Вон реки черные текут,
И ворон труп гниющий гложет.
Тут никого давно не ждут,
И ничего здесь не тревожит.
Фальшивит звонкая труба,
Как обаяние невежды.
Горит погибшая судьба
Последним отблеском наде
МОЙ АШДОД
Я люблю этот город загадочных красок,
Проплывающий шепот сверкающих масок,
Звон прозрачной, веселой, весенней капели,
Расплескавшийся сон золотой акварели.
Я вернулся домой через бездну столетий,
Чтоб испить до конца воскрешенье соцветий,
Зачерпнуть невзначай твоих улиц круженье,
Разметать по волнам ярких звезд отраженье.
Нескончаемый круг предрешенных событий,
Череда необузданных странных открытий
Растворяет мираж неосознанной дали,
Где шальные рассветы на землю упали.
Мой Ашдод не похож... И не надо сравнений
Ни с Москвой, ни с Парижем – вне всяких сомнений.
Он парит в облаках, опаленный ветрами,
И сверкает в ночи колдовскими огнями.
ОСВЕНЦИМ, ГОД 2005
Как тихо. Черные бараки
Людской не терпят суеты.
Кровь, как бунтующие маки,
Сочится вновь из пустоты.
Прижавшись к проволоке колючей,
Я слышу злобный лай собак.
И крематорий черной тучей
Висит над толпами зевак.
Звенит набат колоколами,
Скорбит недобрая судьба
И шепчет мертвыми губами
Непобежденного раба.
Молитву шепчет во спасенье
Огнем истерзанной души.
Богов невнятное смущенье
Висит в безоблачной тиши.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Памяти погибших в теракте
в «Дельфинарии» 1.06.2001.
Среди несказанной печали
Мечты растоптаны в крови.
Мы от бессилия кричали,
От состраданья и любви.
Сквозь те же раны кровь сочится,
На мне видны следы гвоздей.
И смерть, коварная волчица,
Мне шепчет: «Сдохни, иудей!»
Я там, в безжизненной пустыне,
Враги все гонятся за мной.
Повешен я на Украине,
Старик с разбитой головой.
Я там, в Освенциме сожженный,
Вот я лежу на мостовой,
Не сломленный, не обозленный-
Я вечный жид, и я живой!
УНЕСЁННЫЕ ВЕТРОМ
Унесённые ветром в невозвратные дали,
Запорошены снегом, цветом светлой печали,
В тёмном небе горят поминальные свечи,
Отражаясь, парят, мне стекая на плечи.
Может не было их, только мне показалось,
От спешащих следов ничего не осталось.
Гулко сердце стучит и трепещет от страха.
И зияет во тьме безразличная плаха.
Сколько пролитых слёз и растоптанной боли.
Дикий ветер унёс в невозвратное поле.
В тёмном небе горят поминальные свечи,
Отражаясь, парят, мне стекая на плечи.
ПРИЗНАНИЕ
В твои глаза мне страшно заглянуть.
В них страсть кипит, вздымая волны гнева.
Стекает слёз взволнованная ртуть
По кромке снов разбуженного неба.
Сплетаясь, к солнцу тянутся слова.
Их тайный смысл – безумие развязки,
Аккорд трескучий битого стекла,
Разбросанные тлеющие маски.
Признаний запоздалый звездопад,
Бессмертия блуждающие тени.
Развенчанный, стою, потупив взгляд,
Чтоб преклонить перед тобой колени.
* * *